С 1 сентября в России формально вступил в силу закон о регулировании криптовалют. Однако считать эту дату фактическим запуском нового рынка было бы преждевременно. Создан лишь правовой контур, внутри которого еще предстоит выстроить работающие биржи, цифровые депозитарии, расчетную инфраструктуру и готовые продукты для финансовых компаний. Это лишь первый шаг на длинном пути.
Переходный период: время на созидание
Участникам рынка дан переходный период до 1 июля 2027 года. В ближайшие месяцы гораздо интереснее наблюдать не за громкими заявлениями брокеров о готовности работать с криптовалютой, а за тем, как будет собираться сама экосистема. Законодательство определило правила игры, но сама игра начнется, когда появятся реальные инструменты и ликвидность.
Хранение и разделение функций
Одним из ключевых вызовов станет хранение активов. Российская модель предполагает появление цифровых депозитариев, которые будут учитывать права на криптовалюту аналогично тому, как сегодня учитываются ценные бумаги. Это отдельный, жестко регулируемый бизнес. Банк России установил для таких организаций требования к капиталу от 50 до 250 млн рублей в зависимости от выполняемых функций. Это существенно повышает порог входа и превращает хранение в самостоятельное направление, а не побочную опцию торговой площадки.
Такая архитектура — важное отличие от классического крипторынка, где биржа зачастую одновременно принимает деньги клиента, исполняет сделки и хранит активы. Российский подход постепенно разделяет эти функции между разными участниками. Для инвестора это потенциально снижает инфраструктурные риски, но для бизнеса делает запуск продукта сложнее и дороже.
Ликвидность и ассортимент активов
Второй критический вопрос — ликвидность. Закон разрешает организованные торги, и биржи смогут самостоятельно определять режим торгов и рассчитывать рыночные цены. Однако наличие площадки само по себе не создает ликвидный рынок. Для этого необходимы крупные участники, маркетмейкеры и доступ к достаточному объему криптовалюты. Иначе российская цена будет отличаться от глобальной, а спреды окажутся слишком широкими для массового клиента.
Третье ограничение — ассортимент. Регулятор для неквалифицированных инвесторов предлагает допускать лишь наиболее ликвидные криптовалюты с достаточной капитализацией, объемом торгов и историей ценообразования не менее пяти лет. Поэтому на первом этапе речь будет идти о небольшом наборе крупных активов, а не о сотнях монет, привычных пользователям криптобирж.
Экономика продукта и второй этап
Наконец, остается экономика самого продукта. Финансовым компаниям придется оплачивать инфраструктуру хранения, комплаенс, исполнение сделок и выполнение новых регуляторных требований. Банк России уже предлагает учитывать криптовалютные риски в нормативах финансовой устойчивости участников рынка. В итоге главный вопрос для посредника будет не в том, сможет ли он технически добавить BTC в приложение, а в том, сможет ли он сделать это по комиссии, которую клиент сочтет конкурентоспособной по сравнению с привычной криптобиржей.
Поэтому 1 сентября стоит рассматривать как начало второго этапа развития российского крипторынка. Первый этап был законодательным: он определил, кто и на каких условиях имеет право работать с криптовалютой. Теперь начинается более сложный период — превращение этих норм в работающую рыночную инфраструктуру. Именно он покажет, каким получится российский регулируемый рынок. Закон уже разрешил ему существовать, а участникам предстоит доказать, что торговать на нем можно удобно, ликвидно и экономически разумно.
Мой взгляд: разделение функций хранения и торговли — это шаг к институциональной зрелости, но он неизбежно повысит издержки. В краткосрочной перспективе это может сделать российские площадки менее привлекательными для розничных трейдеров, привыкших к низким комиссиям глобальных бирж. Успех новой модели будет зависеть от того, смогут ли локальные игроки предложить реальную ценность, а не просто соответствовать формальным требованиям.