Евросоюз 16 ноября существенно расширил санкционное давление: в основной перечень вошли 12 физических лиц и 101 организация, включая 47 банков и две небанковские кредитные организации (НКО) — сервис ЮMoney и «Петербургский расчетный центр». Под ограничения попал и СПБ Банк, выступающий расчетным депозитарием «СПБ биржи».

Внутри России эти меры напрямую не действуют: они замораживают активы организаций в юрисдикции ЕС и запрещают европейским резидентам проводить с ними любые операции. Для бизнеса, который выстраивает расчеты с зарубежными партнерами через попавшие в списки банки, это означает необходимость срочного поиска альтернативных платежных каналов.

Кого затронули ограничения

В санкционном списке оказались Алеф-банк, Агропромкредит, Банк «Славия», Банк «Снежинский», Банк «Заречье», Датабанк, Банк «Долинск», Енисейский объединенный банк, Гута-банк, Банк «Международный финансовый клуб», Сельмашбанк, Интерпрогрессбанк, Кубаньторгбанк, Морской банк, НК банк, НС банк, Первоуральскбанк, НКО «Петербургский расчетный центр», Русский народный банк, Российская финансовая корпорация, Солид банк, СПБ банк, Свой банк, Тендер-банк, Тиммер банк, Юнистрим, Владбизнесбанк, Алтайкапиталбанк, Автоторгбанк, Банк «Элита», Банк «ПэйДжин», Банк «Саратов», Газтрансбанк, Инбанк, Камкомбанк, Банк «Кетовский», Банк «Кремлевский», НКО «ЮМани» (ЮMoney), Русьуниверсалбанк, Синко-банк, Стройлесбанк, Банк Казани, Универсальный фондовый банк, Банк «Александровский», Ставропольпромстройбанк, Контур.банк, Банк «Кузнецкий» и Новый инвестиционно-коммерческий банк.

Для граждан наиболее заметны в перечне сервис ЮMoney, входящий в экосистему Сбербанка, и банк «Юнистрим», оператор одноименной системы денежных переводов. Клиентам этих компаний санкции могут осложнить трансграничные переводы: иностранные банки-партнеры, как правило, отказываются работать с организациями из санкционных списков.

Для инвесторов ключевой момент — ограничения против СПБ Банка, расчетного депозитария «СПБ биржи», где учитываются бумаги клиентов. Управление по контролю за иностранными активами Минфина США (OFAC) внесло биржу в список SDN 2 ноября 2023 года, а СПБ Банк — 23 февраля 2024-го, после чего обе организации подали заявления об исключении из него. Публичных заявлений «СПБ биржи» о европейских санкциях пока нет, поэтому главный вопрос для клиентов — затронут ли новые ограничения их активы.

Санкции задели и другую инфраструктуру рынка: «Универсальный фондовый банк» и «Петербургский расчетный центр» относятся к расчетной и фондовой системе, а ограничения распространяются и на страховую компанию «Баланс страхование». Среди физлиц в перечне — основательница Wildberries Татьяна Ким, сын спикера Совфеда Сергей Матвиенко и основатель венчурного фонда Leta Capital Александр Чачава.

Как санкционное давление меняет рынки

Сложность выхода из-под таких ограничений видна на примере Московской биржи: 16 ноября в Официальном журнале ЕС опубликовали ее доводы по иску к Совету ЕС против июльских санкций. В Мосбирже настаивают, что решение приняли без полного досье с доказательствами, но судебные споры в ЕС обычно затягиваются, поэтому банкам из нового списка на быстрое снятие ограничений рассчитывать сложно.

Санкционный риск касается и легального крипторынка: директор департамента инфраструктуры финансового рынка ЦБ Кирилл Пронин 29 октября заявил, что регулятор не будет закрывать реестры криптообменников и цифровых депозитариев. Данные о компаниях останутся публичными, так что клиенты смогут проверить легальность сервиса, а самим участникам рынка придется жить с санкционными рисками, как это уже делают банки.

Новые ограничения могут появиться и дальше: Еврокомиссия готовит 23-й пакет секторальных санкций. Такие меры направлены не против отдельных компаний, а против целых отраслей, и для криптоиндустрии главный риск связан с биржами, обменниками и стейблкоинами, через которые идут расчеты с Россией.

Анализ Cryptalist: Расширение санкционного периметра на расчетную и депозитарную инфраструктуру усиливает фрагментацию трансграничных платежных каналов и повышает операционные издержки для российских участников рынка. Для криптосектора ключевым фактором становится не сам список банков, а вероятность включения бирж и стейблкоинов в следующий пакет, что традиционно провоцирует краткосрочный рост волатильности и отток ликвидности в менее регулируемые сегменты.