Классическая модель 4-летнего цикла биткоина, привязанная к халвингам, предполагает, что 2025 год — пик бычьего рынка, а 2026-й — медвежий спад. Однако углубленный анализ ончейн-метрик заставляет меня усомниться в том, что этот календарный сценарий все еще работает. Данные говорят о фундаментально иной природе текущего рыночного цикла.
Снижение спекулятивного перегрева: что говорит MVRV
Ключевой индикатор — коэффициент MVRV (отношение рыночной капитализации к реализованной). Его пиковые значения последовательно снижаются от цикла к циклу: 5.88 в 2013 году, 4.72 в 2017-м, 3.96 в 2021-м и всего 2.74 в 2025-м. Несмотря на обновление исторических максимумов, спекулятивный «перегрев» рынка становится все менее выраженным.
Это прямое доказательство взросления рынка. Драйверами роста больше не являются розничные инвесторы, гонящиеся за быстрой прибылью. Сейчас движение определяют институциональные игроки и спотовые биткоин-ETF, которые привносят в рынок совершенно другую динамику спроса и предложения.
Спрос угасает, но не по расписанию
Еще более показателен индикатор Apparent Demand, который измеряет, поглощает ли рынок вновь выпущенные монеты. На данный момент он ушел в отрицательную зону. Исторически крупные медвежьи фазы (2014, 2018, 2022) совпадали с длительными периодами слабого спроса. Сейчас мы видим ту же картину, но причина не в «наступлении медвежьего года», а в замедлении притока новых покупателей.
Рынок фьючерсов подтверждает эту картину. Открытый интерес (Open Interest) значительно снизился от пиков 2025 года, что говорит о вымывании избыточного кредитного плеча. Однако позиции остаются достаточно высокими — полной капитуляции, которая обычно завершает медвежью фазу, не произошло.
Вердикт аналитика
Ключевой вопрос для 2026 года — не «какая фаза цикла по календарю?», а «вернется ли спрос?». Приток средств в ETF, активность стейблкоинов и накопление биткоина корпорациями — вот что будет определять траекторию цены, а не абстрактный 4-летний цикл. С моей точки зрения, старая модель сломана, и рынок вступил в эру институциональной зрелости, где фундаментальные факторы важнее хронологии халвингов.