Новости криптомира

Временный соисполнительный директор Ethereum Foundation (EF) Бастиан Ауэ представил детальный план реализации мандата фонда, в котором центральное место заняла проблема максимально извлекаемой стоимости (MEV). В своем развернутом треде, являющемся логическим продолжением недавних публикаций Виталика Бутерина и Аи Миягути, Ауэ четко обозначил: борьба с токсичным MEV — это не второстепенная задача рыночной инфраструктуры, а «основная работа Ethereum Foundation» и, по сути, «следующий крупный фронт сайферпанк-войны».

Суть угрозы: от нейтральности к посредничеству

Ауэ подчеркнул, что EF обязана укреплять Ethereum как открытую инфраструктуру для самосуверенности пользователей. Ключевые приоритеты — устойчивость к цензуре, защита от захвата, открытый код, приватность и безопасность. Он прямо заявил, что организация существует не для краткосрочных спекулянтов или продвижения отдельных приложений, а для сохранения фундаментальных свойств, отличающих Ethereum от разрешенных финансовых систем.

В контексте MEV аналитик перечислил конкретные риски, способные подорвать нейтральность сети: привилегированный доступ к потоку пользовательских транзакций (order flow), картелизация билдеров, доверенные реле, непрозрачная маршрутизация транзакций и критическая зависимость валидаторов от узкой цепочки поставщиков. «Формально открытая сеть может фактически стать посреднической, если пользователи в момент передачи стоимости будут зависеть от ограниченного числа участников инфраструктуры», — предупредил Ауэ.

Зашифрованные мемпулы и другие ловушки

EF намерена поддерживать снижение барьеров для создания блоков и валидации, усиливать гарантии включения транзакций и развивать конкурентные пути их обработки. Однако Ауэ предостерег от упрощенных решений. Зашифрованные мемпулы, по его мнению, могут снижать прозрачность до исполнения и скрывать поток ожидающих транзакций, но при этом переносить преимущество к новым привилегированным участникам, включая операторов специализированного оборудования. Он также указал на ограничения таких механизмов, как FOCIL и ePBS: первый может усилить устойчивость к цензуре, но создать новые формы межблочного MEV, а второй, снижая зависимость от доверенных реле, рискует закрепить текущую экономику билдеров, мешая более долгосрочным решениям. Ключевой вывод: точечная борьба с отдельными проявлениями MEV неэффективна — извлечение стоимости необходимо рассматривать на уровне всей системы.

Приватность, зарплаты в ETH и стейкинг

Второй крупной темой стала приватность. Ауэ выступил за модель, где безусловная конфиденциальность сначала становится доступна на базовом уровне, а поверх нее добавляются механизмы выборочного раскрытия. «Публичный реестр без серьезных настроек приватности по умолчанию становится инфраструктурой наблюдения с гарантиями расчетов», — заявил он.

В практической плоскости EF планирует постепенно переводить оплату сотрудников и основные финансовые отношения в ETH и «нативные для Ethereum» стейблкоины. Это не символический жест, а способ проверять инфраструктуру на себе, сталкиваясь с теми же проблемами, что и обычные пользователи: UX кошельков, волатильность, приватность, платежные трения.

Отдельно затронута концентрация стейкинга, которую Ауэ назвал не доходным продуктом, а инфраструктурным риском протокола. Если доля стейка, ликвидность и доступ к валидаторам концентрируются вокруг небольшого числа эмитентов, безопасность Ethereum может стать уязвимой через экономический слой.

Мой взгляд как аналитика: данный тред — это не просто декларация, а четкий сигнал рынку. EF наконец-то формулирует системный подход к MEV, признавая, что борьба с ним требует не технических заплаток, а фундаментальной перестройки экономики транзакций. Особенно показательно, что Ауэ синхронизирует свою риторику с недавним запуском независимой R&D-лаборатории Ethlabs бывшими исследователями EF, что указывает на консолидацию усилий вокруг этой критической проблемы.