Банки не исчезают — они распадаются на составные части. Именно такую концепцию я вижу в последнем глубоком анализе эволюции финансовой инфраструктуры. На протяжении почти двух десятилетий мы наблюдаем процесс «разделения» традиционного банка, где ключевые функции — ведение счета, проведение платежей, перемещение капитала и финальный расчет — постепенно переходят к новым игрокам и, в конечном итоге, к самому пользователю.
Кризис 2008 года стал точкой невозврата, впервые доказав, что банк — не единственная возможная форма организации финансов. С этого момента началась миграция власти, которую можно разделить на четыре четких этапа.
От лицензии к точке входа и сети расчетов
Первая волна необанков, таких как Revolut, Nubank и Chime, решила проблему пользовательского опыта. Они выиграли битву за точку входа, доказав, что приложение может быть важнее банковской лицензии. К концу 2025 года у Revolut было 68,3 млн розничных пользователей и $67,5 млрд клиентских средств при годовом объеме операций в $1,7 трлн. Однако они не получили контроль над финальными расчетами — счет по-прежнему принадлежал организации.
Второй этап передал власть платежным сетям. Visa и Mastercard, не выдавая кредитов и не ведя счета, контролируют путь расчетов. Общий объем платежей Visa за 2025 финансовый год достиг $16,7 трлн при чистой марже около 50%. Это демонстрирует, где сосредоточена реальная ценность в финансовой цепочке.
Третий этап связан со стейблкоинами, которые отделили доллар от банковской системы. К первой половине 2026 года обращающийся объем стейблкоинов достиг $250–270 млрд. Наиболее ярко этот тренд проявился в Аргентине, Нигерии и Турции, где USDT фактически стал сберегательным счетом из-за слабости местных банков.
Четвертый этап: счет принадлежит пользователю
Четвертый этап — принципиально иной. Власть впервые переходит непосредственно к пользователю. Число пользователей некастодиальных кошельков превысило несколько сотен миллионов, а MetaMask преодолел отметку в 100 млн совокупных пользователей. Кошелек перестает быть местом хранения монет и становится глобальным финансовым счетом.
Ключевое новшество Gnosis Pay — не в выпуске карты Visa, а в том, что карта впервые привязана напрямую к ончейн-счету пользователя, а не к банку. Активы остаются в собственном кошельке, и при оплате система считывает их и проводит расчет автоматически. Ether.fi Cash работает в том же направлении, объединяя стейблкоины, доходные активы и реальные траты в едином ончейн-счете.
Настоящая инновация ончейн-необанков — попытка свести воедино счет, платежи, доходность, торговлю и реальные расходы в одной финансовой системе, которой владеет и управляет пользователь.
Мой анализ: Вопрос следующего десятилетия уже не в том, какой банк станет крупнейшим, а в том, что станет единым финансовым счетом для каждого человека. Ответом, вероятно, окажется не банк, а кошелек. Традиционные финансовые институты, не осознающие этого сдвига, рискуют остаться лишь поставщиками инфраструктуры для новой, децентрализованной финансовой экосистемы.