В Верховном суде штата Нью-Йорк разворачивается юридическая драма вокруг 39 069 неактивных биткоин-адресов. Ответчик, скрывающийся под псевдонимом John Doe 33, подал ходатайство об отклонении иска, поданного 11 марта от лица анонимного Noah Doe и двух компаний из Вайоминга. Истцы утверждают, что монеты на этих адресах — около 3,799 млн BTC (по текущему курсу примерно $231 млрд) — являются брошенным имуществом, и требуют передать права на них себе.
Юридический нонсенс или лазейка?
В основе иска лежит статья 7-B закона Нью-Йорка о личной собственности. Истцы настаивают, что неактивные кошельки можно трактовать как имущество, владельцы которого не отозвались после уведомления. Однако защита парирует: биткоин-адреса — это не физические лица и не юридические субъекты, которых можно привлечь в качестве ответчиков. John Doe 33 заявляет, что истцы фактически передали полиции собственные USB-накопители с данными из блокчейна, что не создает основания для признания адресов найденным имуществом. Он также подчеркивает, что его псевдоним не связан с 33-м адресом из списка истцов, а используется исключительно для безопасности и защиты от преследования.
Поворотный момент: появление реального владельца
Глава исследований Galaxy, Алекс Торн, отметил, что John Doe 33 связан с кошельком на 5000 BTC, которые не перемещались с апреля 2014 года. Это около $300 млн по текущему курсу. «Появление одного владельца, который оспаривает иск, полностью меняет положение дела. Он указывает именно на те юрисдикционные и законодательные изъяны, которые истцам сложнее всего обойти», — прокомментировал Торн. До этого момента дело развивалось против списка адресов, владельцы которых не выступали в суде, что давало истцам шанс получить решение без полноценной состязательной позиции.
Неактивность ≠ отказ от собственности
Согласно данным Bitbo, около 3,5 млн BTC не двигались более 10 лет, а еще 6,6 млн BTC — более пяти лет. Биткоин-юрист Иэн Коэн, подавший заключение amicus curiae, призвал отклонить иск, утверждая, что закон о найденном имуществе применяется к физическим объектам, а не к сканированию публичного блокчейна. «Простая неактивность, какой бы долгой она ни была, не является отказом от собственности», — заявил Коэн. Он также напомнил, что закон штата Нью-Йорк об оставленном имуществе, измененный в 2022 году для виртуальных валют, предусматривает передачу таких активов государственному контролеру, а не частным лицам.
Мой анализ: Этот иск — классический пример попытки использовать юридические формальности для захвата активов, которые по духу и букве закона не являются «брошенными». Даже если суд отклонит его, прецедент уже создает опасный сигнал: неактивность не должна приравниваться к отсутствию прав собственности. Иначе под угрозой окажутся миллионы кошельков, хранящих средства в долгосрочной перспективе.