Громкое дело о 39 069 неактивных биткоин-адресах, которое могло бы создать опаснейший прецедент для всей индустрии, получило неожиданный поворот. Псевдонимный ответчик John Doe 33 подал в Верховный суд Нью-Йорка ходатайство об отклонении иска, поданного 11 марта от имени Noah Doe и двух вайомингских LLC. Истцы требуют признать за ними права собственности на примерно 3,8 млн BTC — колоссальные $231 млрд по текущему курсу.
Юридический нонсенс: можно ли «найти» публичный блокчейн?
Суть претензий истцов строится на законе штата Нью-Йорк о брошенном имуществе. Они утверждают, что неактивные кошельки — это «найденное» добро, владельцы которого не объявились после уведомления. Однако защита John Doe 33 наносит сокрушительный удар по этой логике. Ответчик указывает на фундаментальную юридическую ошибку: биткоин-адреса не являются лицами или юридическими субъектами, которых можно привлечь к суду. Более того, он заявляет, что истцы фактически передали полиции собственные USB-накопители с публичными данными из блокчейна, что не создает основания для признания адресов «найденным имуществом».
Глава исследований Galaxy Алекс Торн справедливо отмечает, что появление реального ответчика, который оспаривает иск и указывает на юрисдикционные изъяны, полностью переворачивает дело. До этого истцы могли рассчитывать на заочное решение, так как владельцы адресов не выступали в суде. John Doe 33, связанный с кошельком на 5000 BTC ($300 млн), не просит удалить его из дела — он настаивает, что весь иск юридически ничтожен.
Долгая неактивность — не отказ от собственности
Это дело обнажает глубокое непонимание природы криптоактивов. Около 3,5 млн BTC не двигались более десяти лет. Такие монеты либо потеряны навсегда, либо хранятся в холодных кошельках инвесторами, которые намеренно не совершают транзакций. Как справедливо указал биткоин-юрист Иэн Коэн в своем заключении amicus curiae, «простая неактивность, какой бы долгой она ни была, не является отказом от собственности». Закон Нью-Йорка об оставленном имуществе, измененный в 2022 году для виртуальных валют, предусматривает передачу таких активов государственному контролеру, а не частным лицам.
Мой анализ: Этот иск — откровенная попытка юридического мародерства, которая, если бы она удалась, создала бы хаос в индустрии. Любой мог бы «найти» старый адрес Сатоши и заявить на него права. К счастью, судебная система начинает понимать, что блокчейн — это не карта сокровищ, а публичный реестр, и «найти» чужой приватный ключ невозможно. Появление John Doe 33 — это не просто защита интересов одного держателя, это защита самого принципа права собственности на цифровые активы. Дело Salomon Brothers, которое ранее пыталось использовать OP_RETURN для аналогичных целей, лишь подтверждает: индустрия должна быть готова к подобным атакам.