Президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев подписал указ «О мерах по стимулированию и развитию индустрии цифровых активов в Республике Казахстан». Документ легализует майнинг на попутном нефтяном газе (ПНГ) и запускает создание регулируемого рынка цифровых активов и стейблкоинов. Однако, как показывают расчеты ведущих отраслевых аналитиков, массовой миграции майнеров из России в Казахстан ожидать не стоит.

Что предусматривает указ Токаева

Помимо легализации майнинга на ПНГ, документ формирует регулируемый рынок цифровых активов и стейблкоинов. Ключевые меры включают перевод операций с криптоактивами в правовое поле, создание условий для добровольного раскрытия цифровых активов с последующим переводом на платформы отечественных провайдеров, разрешение бизнесу использовать стейблкоины для трансграничных платежей и освобождение доходов физлиц от операций с цифровыми активами от индивидуального подоходного налога при условии использования регулируемой инфраструктуры.

Модель добровольного раскрытия с переводом активов на отечественных провайдеров структурно перекликается с российскими дискуссиями о раскрытии кошельков. При этом по стейблкоинам Казахстан занял более либеральную позицию, разрешая их для трансграничных расчетов бизнеса, тогда как ЦБ РФ в своем июньском докладе допускает их только для внешнеэкономической деятельности.

Майнинг на попутном газе — не панацея

Основатель NGE Farm Дмитрий Зуев обращает внимание на технические особенности самого ПНГ. По его словам, получение электроэнергии из попутного газа — процесс неэффективный и затратный, так как ПНГ очень сернистый, грязный, и большое количество капекса уходит на его очистку. Именно поэтому действующие российские проекты в основном работают не на ПНГ, а на других видах топлива — сухом отбензиненном газе и природном газе. Оба варианта чище, и организация майнинговой инфраструктуры на них обходится дешевле.

Побегут ли майнеры из России в Казахстан

Оба эксперта сходятся во мнении: массовой миграции российских майнеров в Казахстан не будет. Дмитрий Зуев указывает на инфраструктурную привязку — оборудование завезено в Россию с российским НДС, и его перемещение сопряжено с существенными издержками. Он допускает интерес со стороны новых инвесторов, но подчеркивает, что ключевыми факторами будут налоговая политика и цена на ПНГ.

Независимый эксперт по майнингу Илья Комолов подтверждает этот вывод конкретными цифрами и историческим прецедентом. Его компания обслуживает дата-центры в Алматы и работает с местными площадками более четырех лет. Он напоминает, что в 2020 году Казахстан занимал 2-3 место в мировом хешрейте, но из-за сложных требований к легальному оформлению майнеры уехали из Казахстана в Россию. Сейчас цена газа в России составляет 7-8 рублей за кубометр, а в Казахстане — 14 рублей. К этому добавляются затраты на строительство инфраструктуры и релокацию компании.

Налоги, Беларусь и перспективы Казахстана

Илья Комолов признает, что и в России майнить становится сложнее из-за цены биткоина, курса доллара и налога на прибыль в 22%. Однако наиболее выгодной юрисдикцией он называет не Казахстан, а Беларусь, где налог с доходов от майнинга сейчас составляет всего 1%. Его компания строит крупную площадку на 80 МВт совместно с Парком высоких технологий в Беларуси. Сравнение условий: Беларусь — тариф 4 рубля за киловатт при более выгодной налоговой базе, Россия — 5,5 рубля за киловатт и налог 22%.

Что касается Казахстана, эксперт не исключает позитивного развития, если там создадут свободную экономическую зону с дешевым газом. Однако пока неизвестно, насколько государство готово к такому шагу, учитывая, что Казахстан сам закупает газ у других государств.

Проблемы российских майнеров

Сложные условия в РФ подтверждаются статистикой. Из почти 200 000 майнеров в России официально зарегистрировали деятельность лишь около 5 500 — примерно 97% рынка остаются в тени. По итогам 2025 года казна может претендовать лишь на 567 млн рублей налоговых поступлений от майнинга вместо запланированных 6 млрд — около 9% от плана.

Параллельно сжимается география легальной добычи. С 1 января 2025 года по 15 марта 2031 года майнинг полностью запрещен в десяти регионах. С апреля 2025 года к ним добавилась Иркутская область. В мае 2026 года на правкомиссии по электроэнергетике рассматривались новые ограничения — для Москвы, Подмосковья и ряда районов Курской области. Обсуждается и более масштабный сценарий — запрет майнинга во всей Объединенной энергосистеме Центра, а это 19 субъектов и около четверти потребления страны.

На этом фоне власти делают ставку на энергоизбыточные регионы: перенос оборудования туда, где электроэнергия в профиците, должен, по замыслу законодателей, наполнить бюджет, создать рабочие места и стимулировать внутреннее потребление. Одновременно в России готовят штрафы за незаконный майнинг, чтобы вытеснить серых игроков в правовое поле.

Выводы

Позиции экспертов совпадают в оценке ближайших перспектив: ни технические особенности ПНГ, ни текущие условия не делают Казахстан магнитом для действующих майнеров. Расходятся они в акцентах — Дмитрий Зуев делает упор на общий спад в отрасли и технологию, тогда как Илья Комолов оперирует конкретной экономикой тарифов и указывает на Беларусь как более очевидную альтернативу. При этом ужесточение условий внутри России — рост закрытых зон, переход майнеров в тень и налог 22% — создает давление, которое в перспективе может подтолкнуть часть игроков к поиску новых юрисдикций.

Мнение Cryptalist: Беларусь с ее 1% налогом и дешевым электричеством действительно выглядит как «налоговый рай» для майнинга. Однако не стоит забывать о геополитических рисках и возможных санкционных ограничениях, которые могут перечеркнуть всю экономическую привлекательность. Казахстан же, несмотря на свою либеральную позицию по стейблкоинам и ПНГ, пока проигрывает в прямой конкуренции за мощности из-за более высокой стоимости энергоресурсов.