Рыночная капитализация компаний, держащих биткоин на своих балансах, обвалилась более чем на $100 млрд с октября 2025 года. Это прямое следствие агрессивных закупок на пиковых значениях, которые затем сменились резким замедлением спроса со стороны институциональных игроков. Данные ончейн-аналитики указывают на тревожный сигнал: корпоративные казначейства не только потеряли значительную часть стоимости, но и практически остановили накопление.
Цифры говорят сами за себя
Совокупная капитализация этих структур сократилась с $396 млрд до $272 млрд. Примечательно, что количество биткоинов на их счетах за тот же период выросло — с 953 000 до 1,14 млн монет. Парадокс налицо: объем активов увеличился, а их общая стоимость упала. Это классический пример «покупки на вершине», когда средняя цена входа оказывается выше текущих рыночных котировок.
Замедление накопления — ключевой индикатор
Мой анализ показывает, что основной импульс покупок пришелся на период с ноября 2024 по октябрь 2025 года, когда биткоин торговался в диапазоне от $75 000 до $125 000. Именно тогда корпорации утроили свои позиции. Однако с мая 2025 года, когда BTC достиг уровня «существенной недооценки», темпы накопления резко замедлились и практически сошли на нет.
Это создает опасный дисбаланс. Компании наращивали запасы вблизи исторических максимумов, а теперь, при более низких ценах, покупательная активность исчезла. Рынок лишился одного из ключевых драйверов спроса.
Риск «продажи дна»
Главный вопрос сейчас — дальнейшее поведение этих держателей. Если они начнут фиксировать убытки, давление на цену может стать катастрофическим. Пример Strategy (ранее MicroStrategy) уже настораживает: компания начала продавать биткоины, что может спровоцировать цепную реакцию среди других казначейств.
Пока что объем удерживаемых монет остается на рекордных уровнях, но отсутствие новых покупок — тревожный сигнал. Если тренд на продажу усилится, мы можем увидеть серьезную коррекцию. Рынок оказался в ловушке: институционалы купили верх, а теперь, вместо того чтобы усредняться, замерли в ожидании. Это не признак силы, а признак неопределенности.