Принятый Госдумой законопроект «О цифровых валютах и цифровых правах» внес ясность в вопрос, который мучил российских криптоинвесторов с весны: можно ли законно хранить активы на холодном кошельке, вроде Ledger или Trezor? Термин «холодный кошелек» в документе отсутствует, а сами устройства скрыты за громоздкой формулировкой «адреса-идентификаторы, не администрируемые цифровым депозитарием». Разобраться в этой юридической головоломке помог основатель GMT Legal Андрей Тугарин.

Два контура: российский и иностранный

Ключевой принцип нового закона — разделение всего криптохранения на два контура. Российский контур — это все, что управляется цифровыми депозитариями. Внутри него возможны два варианта: цифровой счет (средства на балансе депозитария, как на CEX-биржах) и кошелек под контролем депозитария (ключи у вас, но транзакции проходят с его согласия). Второй вариант, по ироничному замечанию Тугарина, напоминает работу централизованных бирж, только с местным колоритом.

Иностранный контур — свобода для самоподписных кошельков

Все, что не попадает под контроль отечественного депозитария, автоматически считается иностранным контуром. Сюда входят аппаратные кошельки, некастодиальные горячие кошельки и адреса на иностранных биржах. Владельцем цифровой валюты в этом контуре признается лицо, владеющее ключом доступа к адресу-идентификатору. Проще говоря: у кого ключ, того и крипта.

Закон не принуждает сдавать монеты в российский контур. Более того, закон-спутник прямо разрешает резидентам открывать кошельки вне депозитариев без ограничений. Вы можете спокойно иметь и MetaMask, и Ledger, и адрес на Bybit — храните и перемещайте крипту между ними сколько угодно. Требование декларировать такие кошельки в ФНС из законопроекта убрали. Но расслабляться рано: отчеты по операциям с этих кошельков сдавать придется, причем с подтверждающими документами.

Граница на замке: как вывести крипту из российского контура

Свобода заканчивается на границе между контурами. Вывести крипту из российского депозитария наружу можно, но с двумя жесткими условиями. Во-первых, физлицо должно пройти тест на понимание рисков и ознакомиться с уведомлением. Во-вторых, адрес, куда уходят деньги, должен администрироваться иностранной организацией, имеющей по своему личному закону право администрировать адреса третьих лиц или вести учет цифровых валют.

Собственный холодный кошелек никто не администрирует — в этом его суть. Поэтому напрямую вывести монеты с депозитария на свой Ledger нельзя, только на кошелек иностранной лицензированной площадки. Тугарин прямо предупреждает: «Из российского ЦД вам запрещено напрямую переводить на свой холодный кошелек или некастодиальный горячий кошелек. Это не забывайте». Оговорка «если иное не предусмотрено Банком России» оставляет ЦБ возможность открыть эту дверь позже, но пока она закрыта.

Исключения из депозитарных правил сделаны для трех категорий: обменников (могут держать собственные средства вне депозитария, но не деньги клиентов), участников ВЭД (для расчетов по внешнеторговым контрактам) и майнеров из реестра (получают добытые монеты на свои адреса и продают их нерезидентам).

Мнение Cryptalist: Российский закон создает любопытную асимметрию: завести крипту в прозрачный для государства периметр легко, а вывести обратно на кошелек, где ключи только у вас, — практически невозможно. Для тех, кто ценит приватность и не планирует взаимодействовать с российскими депозитариями, это означает, что хранить активы на холодных кошельках можно абсолютно легально, но в полной изоляции от официальной инфраструктуры. По сути, регулятор предлагает выбирать: либо полная прозрачность и удобство входа/выхода, либо полная самостоятельность и отсутствие моста в фиатную систему.