На блокчейне BNB Smart Chain произошла крупная атака на токен LULA, в результате которой злоумышленник вывел из пула ликвидности децентрализованной биржи PancakeSwap порядка $578 тысяч. Примечательно, что взлома самой биржи не было — уязвимость крылась в коде самого токена.

Манипуляция резервами: как сработал эксплойт

Ключевым элементом атаки стала функция recycle() в контракте Rental. Она давала злоумышленнику два критических права: во-первых, напрямую изымать токены LULA из пула PancakeSwap V2, а во-вторых, вызывать функцию sync(), которая принудительно синхронизировала учётные резервы пары с новыми, уже искажёнными балансами.

Проще говоря, пул на DEX можно представить как весы с двумя чашами: на одной USDT, на другой LULA. Цена определяется их соотношением. Обычный трейдер может только перекладывать монеты с чаши на чашу через обмен. Но функция recycle() позволяла снимать токены с одной чаши «сбоку», а sync() заставляла весы признать новое положение честным.

Последовательность действий, описанная аналитиками BlockSec Phalcon, выглядела так:

  • Крупный обмен USDT на LULA, который искусственно раздул резерв USDT в паре;
  • Многократные вызовы recycle(), которые сокращали резерв LULA;
  • Обратный обмен небольшого объёма LULA, который фактически «осушил» ликвидность пула.

Смысл манёвра прост: чем меньше токенов остаётся на одной чаше весов, тем дороже становится каждый из них. Искусственно сжав объём LULA в паре, злоумышленник обменивал малое количество токенов по фиктивно завышенному курсу.

Подготовка за 12 дней

Эта атака не была спонтанной. За 12 дней до эксплойта хакер развернул вспомогательные контракты, чтобы накопить реферальные и командные вознаграждения. Заготовленное право на выплаты стало входной точкой: связка claimReward() → recycle() позволяла максимизировать дефляционный эффект, то есть сжатие количества токенов в обороте.

Для основного этапа использовался флеш-займ на сумму около $237 млн. Флеш-займ работает как деньги, взятые на несколько секунд «под честное слово»: заёмщик обязан вернуть сумму внутри той же транзакции, иначе она целиком отменяется. Собственный капитал для этого не нужен, поэтому такой инструмент часто применяют для разгона манипуляций с ценой. Заёмные средства пошли на вывод LULA из пула на DEX, что усилило эффект от вызовов recycle().

Комментарий эксперта: Это классический пример того, как уязвимость в смарт-контракте токена, а не биржи, становится причиной финансовых потерь. Инвесторам стоит помнить: даже если DEX работает безупречно, сам токен может быть «бомбой замедленного действия» из-за небезопасных функций в его коде. Анализ контрактов перед инвестициями — уже не рекомендация, а необходимость.