Совет Европейского Союза ввел блокирующие санкции против семи физических лиц и трех юридических, причастных к управлению скам-центрами в Юго-Восточной Азии. Эти структуры специализировались на криптовалютных инвестиционных аферах, а также на торговле людьми, пытках и других формах жестокого обращения.

Кто попал под ограничения?

Главной целью санкций стал конгломерат Prince Holding Group и его председатель Чэнь Чжи. Группировка, базирующаяся в Камбодже, через подставные компании развернула сеть скам-центров в Камбодже и Мьянме. Людей из разных стран заманивали туда обманом или удерживали силой, принуждая обманывать жертв по всему миру.

Второй крупной целью стал конгломерат Jin Bei Group и его председатель Чжу Чжунбяо. Эта группа строит в Камбодже казино и комплексы скам-центров для тех же криптоафер. Под удар попала и бирманская вооруженная группировка DKBA, контролирующая территорию в штате Карен на границе Мьянмы и Таиланда. По моим данным, DKBA обеспечивает «крышу» для крупных скам-центров, а ее бойцы непосредственно участвуют в насилии над удерживаемыми людьми.

Что означают санкции?

У всех фигурантов списка заморожены активы в ЕС. Гражданам и компаниям Евросоюза запрещено предоставлять им средства. Для физических лиц введен запрет на въезд и транзит через территорию ЕС.

Эти меры опираются на глобальный режим санкций ЕС в области прав человека, созданный 7 декабря 2020 года. Ранее, 29 октября 2024 года, Совет уже вводил ограничения против организаторов скам-центров, угрожающих безопасности Мьянмы и региона. Новый пакет продолжает системную борьбу ЕС с транснациональными преступными сетями, которые используют криптовалюты для масштабных мошеннических схем.

Мой анализ: Это знаковый шаг. ЕС впервые применяет свой «правозащитный» санкционный механизм к криптоскам-индустрии, что создает важный прецедент. Теперь под угрозой заморозки активов оказываются не только рядовые мошенники, но и их финансовые покровители и политические «крыши» в Юго-Восточной Азии. Однако эффективность мер будет зависеть от того, насколько быстро ключевые юрисдикции, такие как Камбоджа и Мьянма, включатся в реальное преследование этих структур.