Финансовый отчет за второй квартал 2026 года ознаменовал собой кардинальную смену парадигмы для Strategy (ранее MicroStrategy). Вместо привычной годовой прибыли в размере $10 млрd компания зафиксировала чистый убыток в $8,22 млрд, что стало прямым следствием обесценения биткоин-активов на $8,32 млрд. Однако куда более важным сигналом для рынка стала презентация новой метрики — BTC Hurdle ARR, которая вскрыла фундаментальную проблему в модели финансирования.

Новая метрика: прозрачность или приговор?

В преддверии публикации отчетности Strategy представила на своем сайте два новых показателя: BTC Hurdle ARR и Net Bitcoin Per Share. Совместно они должны демонстрировать, превышает ли прирост биткоина в портфеле стоимость привлечения капитала для кредиторов и держателей привилегированных акций.

Финансовый директор Эндрю Кан пояснил суть: «Наш BTC Hurdle ARR на уровне 10,8% — это текущая фактическая стоимость финансирования. Если BTC ARR выше этой ставки, Net BTC Per Share фиксирует положительный спред и растет быстрее биткоина».

Однако сравнение вышло не в пользу компании. Доходность по биткоину (BTC Yield) за период с 1 января по 26 июля составила всего 4,5%. Даже при пересчете в годовое выражение это дает примерно 8% — что на три процентных пункта ниже установленного порога в 10,8%.

Разрыв между доходностью и стоимостью капитала

Эта диспропорция — не просто техническая деталь. Согласно логике самой компании, отрицательный спред означает, что Net Bitcoin Per Share не только не опережает динамику биткоина, но и отстает от нее. Инвесторы, рассчитывающие на кредитное плечо через MSTR, сейчас фактически платят за финансирование больше, чем приносит сама стратегия.

Вопросы к прозрачности этой стратегии сопровождают Strategy на протяжении всего 2026 года, как и падение премии в стоимости акций MSTR по отношению к биткоин-активам. И новый отчет лишь усилил эти опасения.

Почему стоимость финансирования растет

Пороговая ставка напрямую зависит от затрат Strategy на привлечение средств. Продажа привилегированных акций STRC принесла за год $7,53 млрд — рост на 254%. Менеджмент повысил доходность по этим бумагам до 12%, что привело к резкому росту дивидендных выплат: $400,7 млн за квартал против $49,1 млн годом ранее. Для покрытия этих обязательств компании пришлось продать биткоинов примерно на $218,4 млн.

Квартал выдался тяжелым. При текущей цене биткоина около $64 713 портфель в 843 775 монет оценивается на $8,9 млрд ниже его себестоимости в $63,69 млрд. Убыток на разводненную акцию составил $24,45.

Майкл Сейлор, впрочем, называет происходящее не кризисом, а этапом перехода. «В условиях снижения интереса к биткоину и скепсиса на рынке мы продолжаем развивать бизнес-модель и формировать новый класс активов — Digital Credit», — заявил он.

Определенные данные подтверждают такую оценку. Объем конвертируемых облигаций снизился с $8,21 млрд до $6,71 млрд после майского выкупа со скидкой 8%, а доход от ПО вырос на 6,9% до $122,4 млн. Резерв в $3,75 млрд позволяет покрывать дивиденды и проценты в течение 2,1 года.

Тем не менее, долгосрочная устойчивость модели STRC остается под вопросом. Главная интрига — сумеет ли компания выйти в плюс по спреду до того, как исчерпает свою финансовую подушку.

Мой взгляд: введение метрики BTC Hurdle ARR — это смелый шаг, но он обнажил то, о чем многие подозревали: стратегия накопления биткоина через долг работает лишь на бычьем рынке. При текущей конъюнктуре компания субсидирует своих кредиторов за счет акционеров, и это не может продолжаться бесконечно. Сейлор делает ставку на то, что биткоин обгонит стоимость капитала до того, как резервы иссякнут. Это — рискованная игра с высокими ставками, и рынок пока оценивает ее скептически.