Квантовые вычисления перестают быть чисто теоретической областью и приближаются к точке реальной монетизации. Глава IBM Арвинд Кришна в недавнем интервью обозначил четкие временные рамки: уже к 2028–2029 годам инвестиции в эту технологию начнут напрямую отражаться на финансовых показателях компании — как в выручке, так и в прибыли. По его оценке, совокупный эффект от внедрения квантовых систем к концу 2030-х годов может достичь астрономической отметки в $1 трлн созданной стоимости.
Мой анализ показывает, что этот прогноз не лишен оснований. В конце июня IBM совместно с партнерами Qedma и Algorithmiq представила результаты исследований, которые компания позиционирует как демонстрацию так называемого «квантового преимущества». Речь идет о способности квантового компьютера решать отдельные вычислительные задачи эффективнее, чем самые мощные классические суперкомпьютеры, и при этом самостоятельно верифицировать полученные результаты.
Кришна подчеркнул, что их система уже позволила выявить поведение материалов, недоступное для традиционных вычислений. Практическая ценность этого открытия огромна: от разработки новых батарей и материалов до прорывов в термоядерной энергетике и фармацевтике. Однако глава IBM честно признает и вызовы: высокий уровень ошибок, аппаратная сложность и проблемы масштабирования остаются серьезными барьерами на пути к массовому внедрению.
Инфраструктурная база для этого рывка уже закладывается. В мае IBM анонсировала создание отдельного производства квантовых чипов, получив $1 млрд поддержки от Министерства торговли США по программе CHIPS и добавив еще $1 млрд собственных инвестиций. Это стратегический ход в гонке с Китаем за технологическое лидерство.
Отдельного внимания заслуживает реакция рынка на недавнюю отчетность IBM. После публикации квартальных результатов 14 июля акции компании обрушились на 25%, а восстановление составило лишь 2%. Причина — задержки клиентских капитальных проектов. Однако Кришна пояснил, что сделки не отменены, а лишь перенесены: около 40% из них уже были закрыты в течение трех-четырех недель после объявления.
Моя экспертная оценка: рынок недооценивает долгосрочный потенциал IBM в квантовой сфере. Текущая волатильность — это временное явление, связанное с макроэкономической неопределенностью, а не с провалом стратегии. Если компания действительно выйдет на коммерческую окупаемость к 2029 году, текущие уровни цен могут показаться крайне привлекательными для долгосрочных инвесторов. Квантовые вычисления — это не вопрос «если», а вопрос «когда», и IBM явно намерена быть среди первых, кто превратит эту технологию в реальный бизнес.