Российские законодатели всерьез рассматривают переход от добровольной к обязательной маркировке контента, созданного с помощью больших языковых моделей. Речь идет о поправках к недавно принятому закону об ИИ и Гражданскому кодексу, которые сейчас активно прорабатываются в рабочих группах.
Согласно подготовленному проекту, пользователи и компании будут обязаны помечать изображения, аудио и видео, сгенерированные нейросетями. Инициатива исходит от рабочей группы Совета при президенте РФ по кодификации гражданского законодательства под руководством председателя комитета Госдумы по госстроительству Павла Крашенинникова. Рассмотрение поправок намечено на 19 августа.
Ключевые изменения и неопределенности
Действующая редакция закона об ИИ не содержит обязательных требований к маркировке, однако новый проект кардинально меняет подход. Формат, содержание и порядок размещения предупреждения определит уполномоченный госорган, хотя конкретное ведомство пока не названо. Важный нюанс: формулировка «создан с применением» может охватывать и материалы, лишь отредактированные нейросетью, при этом минимальная доля ИИ-контента в проекте не установлена.
Остается открытым вопрос об ответственности: кто должен ставить метку — автор или распространитель? Проект не вводит специальной ответственности и не поясняет, кто будет проверять наличие отметки. Также неясно, сохранится ли метка при переносе файла между платформами. В текущей версии создатели аудио и визуального контента с использованием фундаментальных моделей должны лишь предоставить возможность разместить предупреждение.
Крупные платформы с суточной аудиторией более 500 000 российских пользователей обязаны обеспечить техническую возможность для такой маркировки. Норма о маркировке должна вступить в силу 1 марта 2027 года, однако сроки внесения поправок в Госдуму пока не определены.
Аргументы против и международный контекст
Участники обсуждения скептически оценивают инициативу. По их мнению, обязательная маркировка не станет панацеей от дипфейков: злоумышленники продолжат использовать зарубежные сервисы и распространять немаркированные материалы. Более того, норма может усложнить работу с российскими ИИ-сервисами, не решая при этом корневой проблемы.
Эксперты также указывают на преждевременность таких требований: в мире пока изучают, насколько технически возможно сохранить машиночитаемую метку при дальнейших манипуляциях с контентом. Существенные решения выносятся в подзаконные акты, что создает дополнительную правовую неопределенность. Представители технологических компаний опасаются, что постоянное напоминание о маркировке лишь ухудшит восприятие ИИ-технологий пользователями.
Между тем международный опыт показывает: Китай уже внедрил смешанную модель с видимыми и скрытыми метками, а европейский AI Act требует от провайдеров машиночитаемой маркировки и раскрытия происхождения дипфейков. России, вероятно, стоит двигаться в том же направлении, но с учетом локальной специфики.
Мой взгляд: Инициатива логична, но ее реализация вызывает вопросы. Без четкого определения ответственности и технических стандартов обязательная маркировка рискует превратиться в формальность, которую легко обойти. Рынку нужны не столько новые запреты, сколько работающие механизмы верификации контента, которые не создадут избыточную нагрузку на бизнес.