Анализ логистических цепочек и полевые данные указывают на то, что корпорация Amazon развернула масштабную операцию по оцифровке печатных изданий, которая, судя по всему, напрямую связана с обучением алгоритмов искусственного интеллекта. Речь идет не просто о сканировании библиотечных фондов, а о промышленном уничтожении физических носителей информации, включая редкие и коллекционные экземпляры.
Скрытый маршрут: от букиниста до секретного цеха
Мои источники среди букинистов зафиксировали аномальный всплеск заказов: анонимные покупатели скупают сотни книг самой разной тематики и года выпуска. В одном из таких заказов, оформленных через маркетплейс Biblio, был обнаружен трекер. Устройство привело к объекту Amazon в Северном Лас-Вегасе, где дислоцируется подразделение VGT3.
Изучение открытых данных о деятельности этого подразделения и опрос бывших сотрудников позволяют восстановить полную картину. На площадку регулярно поступают огромные партии книг. Сначала персонал регистрирует каждое издание, сканируя штрихкоды и ISBN. Затем следует самый варварский этап: с книг срезаются переплеты, и они превращаются в стопки отдельных листов.
Конвейер смерти для книг
Далее страницы подаются в высокоскоростные сканеры. Такой подход действительно ускоряет процесс оцифровки, но делает физическое восстановление издания абсолютно невозможным. По словам работников, сканирование — это основная и единственная задача VGT3. Они описывают рутинный процесс: приемка, учет, резка и оцифровка.
Показательно, что в начале 2026 года на объекте наблюдались перебои с поставками сырья — книг не хватало, но вскоре поток восстановился. Это говорит о том, что программа носит не разовый, а системный характер.
Корпорация в ответ на запросы подтвердила, что действительно закупает печатные издания через коммерческие каналы, но отказалась раскрывать объемы, сроки и целевые продукты. Официальная формулировка — «разработка и улучшение продуктов и сервисов» — не оставляет сомнений в том, что речь идет о тренировке больших языковых моделей.
Мой анализ: Эта ситуация обнажает тревожный тренд. Мы наблюдаем парадокс: для создания «интеллекта», который должен сохранять знания, уничтожаются их физические носители. Пока индустрия платит за данные, не задумываясь о культурной ценности, мы рискуем потерять значительную часть книжного наследия. Это не просто вопрос бизнеса — это вопрос этики и сохранения истории.