Азиатско-Тихоокеанский регион вступает в фазу умеренного, но устойчивого замедления. Мой анализ макроэкономических индикаторов показывает, что темпы роста ВВП АТР снизятся с 4,3% в 2025 году до 4,2% в 2026-м и далее до 3,6% в 2027-м. Однако ключевой вывод, который я делаю на основе свежих данных Moody’s Analytics, заключается в том, что без беспрецедентного бума искусственного интеллекта падение было бы гораздо более болезненным.
Экономику региона точнее всего описывает термин «двухскоростная». С одной стороны, мы наблюдаем взрывной рост экспортных отраслей, связанных с производством полупроводников и ИИ-оборудования. С другой — внутреннее потребление и традиционные сектора задыхаются от инфляции и жесткой денежно-кредитной политики. Этот дисбаланс и определяет текущую динамику.
Экспортные чемпионы: Корея и Тайвань на волне ИИ
Наиболее ярко технологический цикл проявился в Южной Корее. За первое полугодие страна нарастила экспорт до $496,7 млрд, что на 48,4% превышает прошлогодний результат. При этом поставки полупроводников подскочили на 162,6%, достигнув $192,4 млрд — этот показатель уже побил годовой рекорд всего за шесть месяцев. Особого внимания заслуживает динамика ИКТ-сектора: экспорт вырос на 120,5% до рекордных $253,9 млрд, причем 83,7% этой суммы обеспечили чипы и твердотельные накопители (SSD). Очевидно, что глобальные инвестиции в ИИ-серверы стали главным драйвером.
Тайвань демонстрирует схожую картину. Экспорт за январь-июнь вырос на 47,1% до $416,6 млрд, а ВВП за первое полугодие прибавил впечатляющие 14,15%. Власти уже пересмотрели прогноз на весь 2026 год в сторону повышения — до 11,05%. Примечательно, что по расчетам Nikkei и Mitsubishi UFJ, впервые в истории экспорт Южной Кореи и Тайваня одновременно превысил японский показатель, который составил около $384,4 млрд.
Сингапур также оказался в числе бенефициаров. В июне электронный не нефтяной экспорт страны вырос на 105,1% в годовом исчислении, а поставки интегральных схем — на 115,4%. Это прямое следствие устойчивого спроса на компоненты для ИИ-инфраструктуры.
Обратная сторона бума: внутренние дисбалансы
Однако за фасадом мощных экспортных показателей скрывается тревожная реальность. Внутренний спрос в большинстве экономик региона остается ниже допандемийных трендов и среднемировых уровней. Высокие цены на энергоносители и продовольствие ускоряют инфляцию, сокращая реальные доходы населения. Это ставит центральные банки перед сложным выбором: бороться с инфляцией через повышение ставок или поддерживать слабое потребление. Moody’s отмечает, что в 2026 году регуляторы выбрали умеренный путь, но этот компромисс не решает структурных проблем.
Особенно показателен разрыв внутри отдельных стран. На Тайване высокотехнологичный сектор стал главным локомотивом, но выгоды от роста распределяются крайне неравномерно, оставляя позади сферу услуг, традиционную промышленность и малый бизнес.
Риски: когда драйвер становится угрозой
Главная опасность, которую я вижу в текущей конфигурации, — это чрезмерная зависимость региона от инвестиционного цикла в ИИ. Рост цен на электронику и локальные дефициты оборудования уже указывают на перегрев. Ралли технологических акций подняло оценки до рекордных уровней, что повышает уязвимость к коррекции.
В зоне особого риска находится Южная Корея, где производители памяти извлекли максимальную выгоду из ИИ-бума. Любое замедление инвестиций в дата-центры и серверы мгновенно ударит по экспортным доходам. Дополнительное давление создают дорогой капитал и высокие цены на энергию, увеличивающие операционные расходы операторов инфраструктуры.
Moody’s оценивает риски для базового сценария как смещенные в сторону ухудшения. Среди ключевых угроз — продолжительный энергетический шок, новые торговые ограничения, коррекция финансовых рынков и резкое охлаждение ИИ-бума. Ранее специалисты Банка международных расчетов уже предупреждали, что инвестиционная активность вокруг искусственного интеллекта, поддержавшая мировую экономику в 2025 году, сама становится источником макрофинансовых рисков.
Мое экспертное мнение: регион оказался в ловушке собственного успеха. ИИ-инфраструктура — это мощный, но цикличный драйвер. Пока он компенсирует слабость внутренних рынков, но устойчивый рост требует диверсификации. Странам АТР стоило бы активнее использовать экспортные сверхдоходы для стимулирования внутреннего спроса и снижения зависимости от одного технологического цикла, иначе коррекция в секторе ИИ может спровоцировать более глубокий спад, чем прогнозируется.