Банк России представил обновлённую версию Основных направлений денежно-кредитной политики, и этот документ — настоящий кладезь для понимания того, как регулятор видит ближайшие четыре года. Ключевой сигнал: при любом развитии событий — хоть в российской, хоть в мировой экономике — денежно-кредитная политика будет нацелена на удержание ценовой стабильности. При этом эффект от изменения ключевой ставки, по оценке ЦБ, проявляется не мгновенно, а с лагом в 3–6 кварталов. Это важный нюанс для всех, кто пытается угадать траекторию ставки по факту каждого заседания.
Отдельно стоит отметить техническое, но значимое нововведение: с этого момента решения по ставке будут вступать в силу не с понедельника, а со среды, следующей за заседанием совета директоров. Сами заседания, как и прежде, будут проходить по пятницам. Мелочь, но она говорит о стремлении регулятора к большей предсказуемости и сглаживанию рыночных реакций.
Четыре сценария: от мягкой посадки до жёсткого шторма
Регулятор традиционно предлагает не один, а четыре варианта развития событий, и разброс между ними колоссальный.
Базовый сценарий предполагает плавное снижение ставки с текущих уровней: до 14,5–14,6% в 2026 году, 10,5–12,5% в 2027-м и 8–9% к 2028 году. Инфляция при этом должна замедлиться до 6–7% в следующем году и выйти на целевые 4% к 2027-му. Рост ВВП ожидается в диапазоне 0–1% в 2026 году с последующим ускорением до 1,5–2,5%.
Дезинфляционный сценарий — более оптимистичный для заёмщиков. Ставка в 2027 году может опуститься до 9–11%, а инфляция — до 3–4% уже в 2027-м. Однако здесь есть нюанс: более быстрое охлаждение цен может сопровождаться менее уверенным ростом экономики.
Проинфляционный сценарий — это уже тревожный звонок. Здесь ставка в 2027 году остаётся в диапазоне 13–15%, а инфляция не спешит возвращаться к цели, задерживаясь на уровне 4,5–5,5% в 2027-м. Это сценарий, при котором регулятору придётся дольше удерживать жёсткие условия.
Наконец, рисковый сценарий — самый мрачный. В нём ЦБ допускает рост ставки до 19–21% в 2027 году, инфляцию на уровне 11–13% и даже рецессию: снижение ВВП на 3–4% в 2027-м. Это стресс-тест на случай серьёзных внешних или внутренних шоков, и, к счастью, он не является базовым.
Бюджетный импульс и наличные: новые факторы давления
Отдельно ЦБ отмечает, что бюджетная политика останется ключевым фактором, влияющим на экономику, и её импульс в предстоящие годы окажется сильнее, чем предполагалось ранее. Это значит, что для компенсации государственного спроса при ограниченных ресурсах потребуется более сдержанная динамика других компонентов внутреннего спроса. Проще говоря, пространства для смягчения политики меньше, чем хотелось бы.
Любопытна и динамика наличных денег: их объём в обращении в первом полугодии 2026 года оказался выше, чем в аналогичные периоды 2024–2025 годов. Регулятор связывает это со снижением ставок по депозитам и желанием граждан иметь «живые» деньги на случай перебоев с безналичной оплатой. В ЦБ этот процесс считают естественным и не видят в нём противоречия долгосрочному тренду на снижение доли наличных.
Мой взгляд: публикация этих сценариев — это не просто формальность. Рынок получил чёткий сигнал: ЦБ готов к любому повороту, но его главный приоритет — не рост, а контроль над инфляцией. Даже в базовом сценарии ставка останется выше 10% до конца десятилетия, что будет оказывать давление на фондовый рынок и рынок кредитования. Инвесторам стоит закладывать в свои модели именно базовый сценарий, но держать в уме рисковый — как страховку от чёрного лебедя.