Двое предпринимателей из Таиланда инициировали судебный процесс против эмитента стейблкоина USDT в окружном суде Нью-Йорка. Причиной стала заморозка цифровых активов на сумму $42,4 млн, которую компания осуществила в октябре 2025 года. Истцы утверждают, что блокировка была проведена без соответствующего судебного ордера, что ставит под сомнение законность действий Tether.
Согласно материалам дела, эмитент якобы действовал на основании неформального обращения от Управления расследований внутренней безопасности США. Это ведомство ведет расследование по факту крупного мошенничества, известного как схема «разделки свиней», в рамках которого пострадавшие потеряли около $61 млн. Однако официальный ордер на изъятие активов был выдан лишь в феврале 2026 года властями Восточного округа Северной Каролины — спустя четыре месяца после того, как средства уже были заблокированы.
Показательно, что сами истцы не оспаривают связь замороженных средств с предполагаемой преступной деятельностью. Их претензии сфокусированы исключительно на процедурных аспектах: имел ли эмитент стейблкоина юридическое право принимать подобные меры без официального распоряжения суда. Этот кейс поднимает фундаментальный вопрос о балансе между соблюдением регуляторных требований и защитой прав держателей цифровых активов.
Для индустрии этот иск может стать прецедентным, поскольку он напрямую затрагивает механизмы взаимодействия эмитентов стейблкоинов с правоохранительными органами. Если суд встанет на сторону истцов, Tether и другим аналогичным компаниям придется пересмотреть свои внутренние протоколы реагирования на неформальные запросы властей, что может замедлить процесс борьбы с финансовыми преступлениями в криптопространстве.
Мой анализ: Ситуация демонстрирует нарастающее напряжение между необходимостью экстренного реагирования на мошеннические схемы и строгим соблюдением правовых процедур. Однако в долгосрочной перспективе, если Tether не сможет доказать обоснованность своих действий, это может подорвать доверие к стейблкоинам как к инструменту, который можно использовать без оглядки на юрисдикционные нюансы. Вопрос не в том, были ли средства связаны с преступлением, а в том, кто и в каком порядке уполномочен принимать решения о заморозке.