Новости криптомира

Квантовые вычисления представляют собой уникальный вызов для промышленной политики США. В отличие от зрелых отраслей — дронов, аккумуляторов или переработки редкоземельных металлов, — здесь государство не может просто закупать готовую продукцию или регулировать рынок. Коммерческие продукты в этой сфере пока единичны, доминирующая архитектура не определена, а цепочки поставок находятся в зачаточном состоянии. Именно поэтому раннее вмешательство властей, как показывают текущие тенденции, может быть не просто оправдано, а критически необходимо для предотвращения технологической зависимости.

Национальная безопасность и $2 млрд на кону

Квантовые технологии напрямую связаны с вопросами национальной безопасности. Масштабируемые квантовые компьютеры в перспективе способны взломать криптографию с открытым ключом, а смежные разработки находят применение в сенсорах, навигации и системах связи. В мае Министерство торговли США объявило о выделении $2,013 млрд в рамках CHIPS and Science Act. Средства пойдут на две квантовые фабрики и семь компаний-разработчиков.

Ключевые получатели: IBM получит $1 млрд на дочернюю структуру для выпуска сверхпроводниковых пластин, GlobalFoundries — $375 млн на защищенную фабрику. В список также вошли Atom Computing, D-Wave, Infleqtion, PsiQuantum, Quantinuum, Rigetti и Diraq. Однако условием поддержки стало получение государством миноритарной неконтролирующей доли в каждой компании. Именно этот пункт вызвал отказ Google от участия — корпорация посчитала, что такие требования затормозят путь к созданию полезного квантового компьютера.

Три принципа для госинвестиций

Аналитики, комментирующие эту ситуацию, сформулировали три ключевых принципа для прямых государственных вложений в технологические компании:

• Вмешательство только при явной угрозе: поддержка должна оказываться лишь в случаях, когда затронуты национальная безопасность или существенная экономическая уязвимость, которую рынок не в состоянии закрыть самостоятельно.
• Не финансировать то, что можно купить: государство не должно вкладываться в продукты, уже существующие на рынке. В квантовой сфере этот подход пока неприменим, так как нужные решения еще не созданы в промышленном масштабе.
• Дистанция между властью и бизнесом: налогоплательщики должны получать выгоду от роста поддержанных компаний, но прямое владение акциями создает политические риски. Оптимальным инструментом могут стать варранты — они дают право на участие в росте стоимости без контроля над компанией.

На фоне этого президент Трамп уже подписал указ об ускоренном переходе федеральных систем на постквантовую криптографию. Однако, как справедливо отмечают эксперты, для децентрализованных сетей вроде биткоина проблема гораздо сложнее — их невозможно обновить правительственным распоряжением.

Мое профессиональное мнение: Текущая модель госинвестиций в квантовые технологии — это одновременно и прорыв, и риск. С одной стороны, США пытаются избежать повторения ошибок с полупроводниками, где зависимость от азиатских производителей стала уязвимостью. С другой — чрезмерное регулирование и требование доли в капитале могут отпугнуть самых инновационных игроков, как это произошло с Google. Ключевой вопрос не в том, нужно ли государству участвовать, а в том, как сделать это участие эффективным, не убив конкуренцию и не создав "квантовых монополий" с государственной поддержкой.